Вы здесь

Три гения в одной каморке

134
Три гения в одной каморке , Австрия
Портреты двух гениев-музыкантов стоят рядом друг с другом в венской мастерской профессора Эрнста Фукса, основателя «Венской школы фантастического реализма», друга Сальвадора Дали, соратника Хундертвассера, знаменитого во всем мире австрийского художника. О портретах, которым около сорока лет, Эрнст Фукс никогда не забывал, но достал из запасников незадолго до Венского Новогоднего концерта-2014. Эти уникальные работы скрыты от глаз посетителей Дома-музея, но хранятся там же, в мастерской художника, расположенной на цокольном этаже.
Три гения в одной каморке
Юлия Эггер
, Австрия

«Он ничуть не изменился», – улыбается австрийский художник Эрнст Фукс и показывает уникальный портрет Даниэля Баренбойма, который дирижировал нынче венским Новогодним концертом. «Она всегда так мило улыбалась, но так страшно умирала», – вспоминает профессор, глядя на другой портрет –первой супруги Даниэля Баренбойма, великой виолончелистки Жаклин дю Пре. Этим портретам почти 40 лет.

Портреты двух гениев-музыкантов стоят рядом друг с другом в венской мастерской профессора Эрнста Фукса, основателя «Венской школы фантастического реализма», друга Сальвадора Дали, соратника Хундертвассера, знаменитого во всем мире австрийского художника. О портретах, которым около сорока лет, Эрнст Фукс никогда не забывал, но достал из запасников совсем недавно, незадолго до Новогоднего концерта. Эти уникальные работы скрыты от глаз посетителей Дома-музея, но хранятся там же, в мастерской художника, расположенной на цокольном этаже.

Портрет за 10 минут
Юлия Эггер
, Австрия

Как утверждает профессор Фукс, с Даниэлем Баренбоймом (Daniel Barenboim) и Жаклин Мари дю Пре (Jacqueline Mary du Pré) он встретился в Нью-Йорке, там же были сделаны два этих портрета. Но сотрудники его музея полагают, что профессор, которому в феврале исполнится 85 лет, точно не помнит место, потому что всю жизнь путешествовал И подолгу жил в разных странах. Они считают, что эти уникальные работы могли быть написаны и в Вене, и в Мюнхене, и в Лондоне, и в Израиле. Но художник точно говорит, что портрет Даниэля Баренбойма, тогда уже известного на весь мир пианиста, был заказан для пробного, сигнального номера журнала Queen. Как вспоминает профессор, работа была сделана всего минут за десять. «Даниэль принял портрет: сказал, что похож и все подходит, – вспоминает профессор Фукс. – Он и тогда был растрепанным (смеется) и руки держал точно так же, как и сейчас. Посмотрите, он ничуть не изменился».

Ее звали Смайли
Юлия Эггер
, Австрия

Прозвище Смайли (от англ. Smiley – «улыбочка») коллеги-музыканты дали первой супруге Даниэля Баренбойма, английской виолончелистке Жаклин дю Пре. «Она действительно всегда улыбалась, – вспоминает художник Эрнст Фукс. – Жаклин была красавицей». Музыканты и сейчас говорят: «Тем, кто никогда не слышал Жаклин, нужно начинать не с дисков, а для начала посмотреть видеозаписи с ее концертов». Кто бы ни вспоминал о ней, непременно скажет, что ее характер описать невозможно, но обязательно упомянет о ее неудержимой энергии, потрясающей естественности, уверенности, загадочном даре, который заставлял слушателя целиком погружаться в музыкальное действо и приходить в себя только после завершения концерта. Жаклин любили, боготворили, по ней до сих пор скучают. Только на портрете, сделанном австрийским художником, великая и любимая во всем мире виолончелистка выглядит сдержанной. «В ее глазах ужас», – сказала о портрете Марианна Блиер, русская художница, живущая в Вене. Как раз в то время, когда Эрнст Фукс писал портрет Жаклин, начинался самый страшный период в ее жизни: появились признаки смертельной болезни – рассеянного склероза. В 28 лет из-за недуга виолончелистка прекратила играть. Жаклин боролась с болезнью 14 лет. Ей было всего 42, когда она умерла. Но образ Жаклин дю Пре даже спустя почти 30 лет после смерти обрастает все новыми деталями и слухами, а записи ее концертов дом сих пор продаются и имеются в фонотеке у большинства любителей классической музыки.

Добро пожаловать

Как говорит Эрнст Фукс, он никогда не напоминал Даниэлю Баренбойму о двух этих портретах. Не сделал он этого и перед Новогодним концертом в Вене, дирижером которого был Даниэл Баренбойм. «У него много работы. Не хочу докучать ему, – говорит художник. И добавляет: – Но я был бы рад, если бы Даниэль наведался ко мне».

Ищете работу?

11
Wien
Уборщицы, горничные

Facebook